Прочность убеждений vs культ вождя

Известное высказывание Андрея Синявского про стилистические разногласия с советской властью больше, чем красивая фраза. Люди, способные поддерживать партию вроде ЛДПР и сотрудничать с Жириновским, недопустимо вульгарны, и любые нравственные аргументы в общении с ними эффективны не более чем для плешивой головы расчёска. Они не оставляют следа в их органах восприятия.

Сторонники Трампа вылеплены из того же вещества, что жириновцы, и в той же мере причастны республиканским убеждениям, в какой последние — либерально-демократической идеологии.

С каждой неделей и даже днём Трамп всё дальше отходит от канонических ценностей свободного общества. Несколько месяцев назад его приверженцы осудили бы существенную часть его идей и решений, в том случае, конечно, если эти идеи и решения им предложили анонимно, не упоминая имени автора. Если бы полгода назад некто сказал, что, придя к власти, Трамп станет претендовать на территории союзных государств и переименовывать не принадлежащие США географические просторы, трамписты заявили бы, что только злобные и свихнувшиеся от ненависти и левацких заморочек люди могут приписывать ему подобные поступки и что он никогда не совершит такие немыслимые глупости. Но он их совершил, и его поклонники, прежде клявшиеся в приверженности идеалам демократии, мира и свободы, оказались перед выбором — сохранить верность убеждениям или сохранить верность вождю. Признать отречение от собственного политического кредо решились единицы, а подавляющее большинство предсказуемо заявило, что поступки и решения Трампа и есть реализация на деле демократических миролюбивых принципов, а оспаривающие это ничего не понимают ни в свободе, ни в демократии. Точь-в-точь как недавно охарактеризовал действия Путина Дмитрий Киселёв. Заметим на полях, что Путин чужие моря и заливы пока не переименовывал. Впрочем, внутрироссийские — тоже.

Но вернёмся к качеству сторонников Трампа. Под качеством в данный момент я разумею не рост, IQ, образование, здоровье и т.д., а верность политическим идеалам, прежде всего — свободе и демократии. Я не сомневаюсь, что Дональд Трамп ещё не раз будет ставить своих сторонников перед выбором между служением демократическим принципам и лично ему. И я не сомневаюсь, что огромное, подавляющее большинство этих людей выберет Трампа.

Восстанавливает ли он смертную казнь на федеральном уровне, грозит ли студентам высылкой и тюрьмой за "незаконные протесты", решит ли пойти на третий срок благодаря поправке в Конституцию, которую уже предложил конгрессмен Энди Оглз, возжелает ли временно отменить выборы "в связи с непростой международной обстановкой", призовёт ли вновь штурмовать Капитолий или провозгласит себя Императором с бессрочными, ничем не ограниченными полномочиями — любые из этих действий будут встречены с пониманием и сочувствием большинством его сторонников. Более того, они объявят их правильными и в сложившихся обстоятельствах вполне демократическими.

Я долго тешился иллюзией, что такое своеобразное понимание свободы и демократии свойственно в основном выходцам с территории бывшего СССР, интуитивно ориентированным на лжецов и лицемеров и убеждённым при этом в своём праве отлучать от правильного понимания демократии всех не разделяющих их страстей и страданий. Будучи спрошенными об основаниях, на которых они причисляют себя к оракулам свободолюбия, они обычно ссылаются на стаж проживания в свободной стране, совершенно так же, как человек, проживший много лет в одном здании с музыкальной школой, мог бы претендовать на наличие у него абсолютного музыкального слуха.

Повторное избрание Трампа избавило меня от такого заблуждения. Люди, родившиеся и выросшие в свободных странах, оказываются жертвами жуликов и лицемеров от политики с такой же лёгкостью, как жители деспотий или монархий, иначе не появилась бы на свет профессия политтехнолога.

Трамп пока не обнаружил желания идти на третий срок, но в том, что оно у него есть, у меня нет ни малейших сомнений. Я не стану утверждать, что это обязательно произойдёт — ему уже 78, препятствием могут стать возраст, болезни, он может не успеть разрушить государственные институты сдержек и противовесов. Но я уверен в том, что большинство его приверженцев всех уровней, от высших государственных чиновников — республиканцев до скромных обывателей из разных стран, поддержат такое начинание и разразятся "бурными, продолжительными аплодисментами, переходящими в овацию", как это случилось недавно в Конгрессе. Уверен и в том, что русскоязычные трамписты провозгласят такие действия торжеством демократии и победой гуманизма.

Алекс Синодов