Оговорюсь сразу: общественно-политические кризисы я рассматриваю как вариант коалиционных войн.
Мировые войны я рассматриваю как соединение двух исторических феноменов – коалиционных войн держав за континентальное господство и так называемых "вековых войны" – военно-политических ("геополитических") и идеологических конфликтов[1] между центрами силы, которые длятся многие десятилетия.
Занявшись в последние дни конфликтом Алексея Навального с "сислибской" прессой и одновременно вопросом коренного отличия путинизма от гипотетического режима ГКЧП, а также ситуацией с началом Первой мировой[2], я отметил про себя следующую чёткую закономерность, на которую я обращал внимание, ещё когда анализировал каскад Русских революций: каждая новая "коалиционная война" ведётся против бывшего союзника с помощью бывшего поверженного противника.
Причём, поверженность противника – суть обязательное условие союза, ибо это вынуждает его соглашаться выступать во вспомогательной роли. Это, как я отметил вначале, относится как к военным, внешнеполитическим, так и внутреннеполитическим конфликтам.
Это есть "резолютивная" часть моего текста. Всё дальнейшее – часть сугубо "мотивировочная".
Анализ борьбы с Навальным показал, что в её авангарде сейчас те же круги, что были среди радикальных прогрессистов в протестной волне рубежа десятилетия. Сразу отметим, что на пике той волны – в "белоленточном движении" – соединились предыдущие главные идеологические антагонисты – либералы, русские националисты и <условные> анархисты.
Однако именно "докрымские" либеральные прогрессисты были главной опорой движения "Единство" и кандидата Путина в период с октября 1999 по май 2000 года.
Если отступить на "пару шагов" и пропустить период "олигархических войн", то мы увидим ГКЧП – это те самые "продвинутые" круги номенклатуры, которые помогли Горбачёву в сентябре 1988 года окончательно спихнуть старую гвардию и начать демонтаж партийной политической монополии с заменой на сугубо этатистскую ("секулярную") – под видом укрепления Советов.
Только они видели будущее как союзно-имперский госкапитализм с опорой на ВПК, а их августовские победители предпочли национально-государственный экспортно-сырьевой и импортно-торговый (и биржево-банковский) вариант.
Хрущёва устраняли его соратники в борьбе с "антипартийной кликой" – и для проведения коренной квазирыночной экономической реформы.
Большим подспорьем на первом этапе сталинской коллективизации были сторонники объединённой левой оппозиции, наголову разгромленные союзом Сталина и Бухарина в середине 20-х.
Февральскую революцию 1917 года готовили те самые круги – генералитет и олигархат – которые подавили Освободительное движение 1905-06 годов.
И они же готовили Корниловское выступление (ровно 101 год назад), которое должно было остановить "Февраль".
Большевики победили, хотя за год до прихода к власти были лишь левацким крылом профсоюзного движения и сетью по распространению "там-издата", а также сетью рабочих просветительских кружков.
Российские социал-демократы[3] стали главным фактором идеологического разгрома народнического движения. Однако очень скоро создали то, что я бы назвал левореспубликанский блок, который просуществовал до лета 1917 года.
Делая на основе этого перечня внутриполитический прогноз, можно предположить, что следующая "линия фронта" пройдёт между путинистами и "антипенсионными либералами" с одной стороны, и навальнианцами и "пенсионными левыми", с другой стороны.
Причём, разгромленный в ходе референдумной эпопеи коммунистический актив будет в этой коалиции ведомым.
Теперь о внешнеполитических перипетиях.
В 1854-56 годах побеждённая в 1815 Франция помогала Англии (бывшему спонсору Российской империи в её антинаполеоновских войнах) в её борьбе с Российской империей за гегемонию в Восточном Средиземноморье.
Через два десятилетия Лондону помогли в этом Берлин и Вена, спасённые Петербургом в 1848 году от революций.
Однако в Первую мировую войну Российская империя вошла как младший партнёр Франции и Англии.
Во Вторую мировую войну СССР вошёл как союзник Берлина – против Лондона и Парижа.
Обе части побеждённой Германии стали ключевыми военными союзниками главных полюсов Первой Холодной войны – соответственно Вашингтона и Москвы.
"Третья" мировая – с революционным исламизмом велась Москвой и Вашингтоном против бывшего главного союзника Запада в его борьбе с СССР на втором этапе Первой Холодной войны.
"Четвертая" мировая (Вторая Холодная) во многом восстановила конфигурацию Первой Холодной, но с поправкой на то, что тактическим союзником Москвы в противостоянии с Вашингтоном стала Анкара, зато Польша, Украина, Грузия (и отчасти Финляндия и Швеция) стали главными антимосковскими авангардными силами.
В новой конфронтации сил либеральной глобализации с Америкой Трампа (германо-французский альянс против Вашингтона) и "второе издание" Дунайской монархии (Австрия, Венгрия, Чехия, Словакия, Северная Италия) с удовольствием используют Москву, потому что она уже не монстр, нависший над Европой, а держава, оттеснённая в Евразию. Это как антиавстрийские франко-османские союзы – начиная с 1528 года и по 1798 год.
Москва действительно может стать союзником либеральной западноевропейской оси – против консервативного блока англосаксов с Польшей.
Но только если Путин признает своё поражение – передаст Донбасс под контроль немецкой "международной" администрации и гарантирует достаточный газовый транзит через Украину (т.е. даст возможность Берлину иметь контрольный ключ в киевской политике)... Видимо, это ему давеча и объясняли.
А по поводу свадебного танца – так это гениальная реплика к "танцующему" Венскому конгрессу 1815 года, где вальсирующий государь Александр Павлович передавал завоеванную реками российской крови Европу Габсбургам...
[1] Отсылаю к великолепной работе Ефима Борисовича Черняка "Вековые конфликты" (Москва, "Международные отношения", 1988)
[2] Уточнил, что и "бездарный" канонизированный полковник Романов и "гениальный" тов. Сталин со своими выдающимися полководцами перед обеими мировыми войнами, в которые они оказались втянуты сделали целый ряд идентичных действий:
а) полностью отказались от оборонительной стратегии и приблизительно за год до войны приняли концепции войн с Германией, предусматривающие исключительно клещевые атаки – на Восточную Пруссию и в сторону Силезии и Карпат;
б) приняли решения о демонтаже старой линии укреплений (соответственно – Линии Сталина и привисленских крепостей);
в) использовали территориальный принцип формирования частей, что если бы не специальная переброска новобранцев из глубин империи, привело бы – на что сетовали генералы – что все крепостные гарнизоны и авангардные полки состояли бы почти исключительно из поляков и евреев. В советско-германской войне они оказались в значительной части белорусо-украинскими.
На соображениях, что в обоих случая замысел состоял в использовании их при прорыве обороны почти как штрафников, я не настаиваю.
Другое дело, что сжатые сроки начала наступления (категорическое обязательство Петербурга перед Парижем) вынудили бросить в бой гвардию и кадрированные части, которые и были перемолоты осенью 1914.
[3] Польско-еврейский пролетариат, ставший первоначальной массовой базой РСДРП, совершенно не понимал необходимости сохранения русской крестьянской общины, поскольку сам рвался из кагалов штетлов.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
